«Я много видел живописных и глухих мест в России, но вряд ли когда-нибудь увижу реку, более девственную и таинственную, чем Пра. Сосновые сухие леса на её берегах перемешивались
с вековыми дубовыми рощами, с зарослями ивы, ольхи и осины. Корабельные сосны, поваленные ветром, лежали, как медные литые мосты, над её коричневой, но совершенно прозрачной водой. С этих сосен мы удили упористых язей. Перемытые речной водой и перевеянные ветром песчаные косы поросли мать-и-мачехой и цветами. За всё время мы не видали на этих белых песках
ни одного человеческого следа ― только следы волков, лосей и птиц. Заросли вереска и брусники подходили к самой воде, перепутываясь с зарослями рдеста, розовой частухи и телореза.
Река шла причудливыми изгибами. Её глухие затоны терялись в сумраке прогретых лесов. Над бегучей водой беспрерывно перелетали с берега на берег сверкающие сизоворонки и стрекозы, а в вышине парили огромные ястребы».
Кордон «273»