Экспонаты
Письмо. Паустовский К.Г., Ялта - Делекторской Л.Н.,Париж. 09.09.1959г. 1л.(Упоминание о переводе «Золотой розы», о предстоящей поездке с Татьяной Алексеевной в Болгарию, благодарность за альбом Матисса, об очерке «Мимолетный Париж», о недавно ушедшем из жизни поэте Заболоцком и его стихах). 09.09.1959
Письмо. Паустовский К.Г., Ялта - Делекторской Л.Н.,Париж. 09.09.1959г. 1л.(Упоминание о переводе «Золотой розы», о предстоящей поездке с Татьяной Алексеевной в Болгарию, благодарность за альбом Матисса, об очерке «Мимолетный Париж», о недавно ушедшем из жизни поэте Заболоцком и его стихах). 09.09.1959
Название
Письмо. Паустовский К.Г., Ялта - Делекторской Л.Н.,Париж. 09.09.1959г. 1л.(Упоминание о переводе «Золотой розы», о предстоящей поездке с Татьяной Алексеевной в Болгарию, благодарность за альбом Матисса, об очерке «Мимолетный Париж», о недавно ушедшем из жизни поэте Заболоцком и его стихах).
Датировка
Материал, техника
бумага, чернила голубые; машинопись
Размер
Происхождение
Из личного архива К.Г.Паустовского 1940-1960-х гг.
Аннотация
«9 сентября 1959 г. Ялта Дорогая Лидия Николаевна, простите, что пишу на машинке, по за последнее время мой почерк до то­го испортился, что я сам разбираю его с трудом. Я очень обрадовался Вашему письму. Я принял его как отпущение моего великого греха перед Вами — дол­гого и непростительного молчания Я много раз порывался писать Вам, но меня останав­ливала глупая мысль, что мое письмо может показаться Вам косвенным напоминанием о «Золотой розе», как бы замаскированным вопросом. Ради всего святого, дорогая, не волнуйтесь из-за пере­вода «Золотой розы». Эта книга не стоит, как говорили в старину авторы романов, «ни одной вашей слезы». Вы измучились с переводом. Бросьте его и отдохните. А когда отдохнете, то, может быть, снова вернетесь к нему. Я хочу только одного,— чтобы Вы не терзали и не мучи­ли себя. Как было бы чудесно, если бы Вы могли приехать. У меня жизнь складывается так: до конца сентября я про­буду в Ялте, потом еду на несколько дней в Москву, а на весь октябрь поеду вместе с Татьяной Алексеевной в Бол­гарию, где, кстати, очень удачно лечат астму. Если Вы сможете приехать в ноябре, то хорошо, а если раньше, то сообщите мне в Болгарию (София, Союз пи­сателей Болгарии) и одновременно в Москву, и я вернусь раньше. В Москву надо сообщить на тот случай, если моя поездка в Болгарию не состоится. Напишите о себе. Вы молчите об этом с необыкновен­ным упорством. Что я могу сказать о себе? Меня изводит капризная и злая моя болезнь (астма). Я устал от нее и, конечно, постарел. Всю предыдущую зиму я прожил в Ялте, и мне стало лучше. На лето вернулся в Москву и Тарусу — астма зажала меня снова. И вот — я снова в Ялте, где кое-как дышу. Спасибо Вам за великолепную и уникальную у нас книгу (альбом) Матисса. У меня за это время (этим вре­менем я называю время после Парижа; иногда мне ка­жется, что мы виделись только вчера, а иногда, что про­шли многие годы) вышло собрание сочинений в 6-ти то­мах и напечатана новая (четвертая) книга автобиографи­ческой «эпопеи». Сейчас я пишу 5-ую книгу. Написал большой очерк о Париже. Называется оп «Мимолетный Париж». Пока что — еще не печатал. Пишите мне длиннющие письма, не стесняйтесь, я буду радоваться им. Пишу на Париж, хотя, по почтовым штемпелям, Вы почти все время в Ницце. Вы прислали мне дивные фото старинных кораблей. Корабли — моя сла­бость. Где Вы их нашли, в какой гавани? Вырезка из га­зеты относительно работы профессора Дидье, очевидно, относится к той выставке, о какой Вы пишете. Редко вижу Гранина и Рахманова. Встречаясь, всегда вспоминаем Вас. Будьте спокойны, счастливы. Пишите, я буду ждать. Привет Вашей сестре. Ваш К. Паустовский. Как Вы относитесь к стихам. Недавно в Москве умер мой недолгий друг, замечательный поэт Заболоцкий. Мо­жет быть, в Париже, в магазине русской книги, Вы смо­жете достать его стихи (в Москве их давно уже нет). По­читайте. Вот, например, одно. Называется оно «Журавли». Вылетев из Африки в апреле К берегам отеческой земли, Длинным треугольником летели, Утопая в небе, журавли. Вытянув серебряные крылья Через весь широкий небосвод, Вел вожак в долину изобилья Свой немногочисленный народ. Но когда под крыльями блеснуло Озеро, прозрачное насквозь, Черное зияющее дуло Из кустов навстречу поднялось. Луч огня ударил в сердце птичье, Быстрый пламень вспыхнул и погас, И частица дивного величья С высоты обрушилась на нас. Два крыла, как два огромных горя, Обняли холодную волну, И, рыданью горестному вторя, Журавли рванулись в вышину. Там, вверху, где движутся светила, В искупленье собственного зла Им природа снова возвратила То, что смерть с собою унесла: Гордый дух, высокое стремленье, Волю непреклонную к борьбе — Все, что от былого поколенья Переходит, молодость, к тебе. А вожак в рубашке из металла Погружался медленно на дно, И заря над ним образовала Золотого зарева пятно».
Персоналии
Паустовский Константин Георгиевич (Персоналия)
Делекторская Лидия Николаевна (Персоналия)
Коллекция
Переписка